Argo19
"Убить жалко, не мучить - скучно!" Гудвин

- ртур, постой!
Мерлин бросился, было, следом, но рука, схватившая его за локоть, дернула так резко, что он чуть не полетел на землю.
- Пусть идет. Никуда он не денется.

Видя, что маг больше не предпринимает попыток сбежать в проклятую чащу следом за психанувшим принцем, Алкерон поспешил отойти подальше. Ему итак было тошно от Мерлиновских эмоций, бьющих через край.
Стоило демону покинуть тело молодого человека, как связь тут же вернулась на прежний уровень, и все, что Мерлин успел пережить за эти сутки, хлынуло в раскалывающуюся голову Алкерона. Конечно, увеличение физического расстояния мало чем могло помочь, но уж, по крайней мере, колдун обезопасил себя от роли жилетки. Навряд ли, всхлипывающий Мерлин оценил бы его утешительные подзатыльники и пинки.
Колдун поковырялся в своем рюкзаке и, вынув несколько склянок, пошел в сторону леса.
- Ты уходишь?
- Конечно! Пойду, утоплюсь с горя.
Алкерон прибавил шагу, пока Мерлин не решил прогуляться с ним и излить душу.

Маг остался на поляне один.
Мысль о том, что все кончено, упорно билась в голове, не давая рассуждать адекватно. Артур никогда не простит его за такое предательство. Как бы часто принц ни напоминал, что он, Мерлин, дескать только слуга, но все-таки считал его другом и верным помощником. А теперь…
«Ты мерзкий колдун и лжец! …колдун и лжец!.. лжец! »
Он слишком долго обманывал, что бы заслужить прощение. Будто бы Артур не понимал, что он не мог, просто не мог, раскрыть своей тайны! Сколько раз Мерлина обвиняли в колдовстве? Сколько раз ему приходилось видеть, как Артур смеется над этим, словно над глупой шуткой, или как надеется, что это все ложь и клевета? Тогда у принца была надежда, ведь доказать, что Мерлин колдун никто не мог. А бросаться безосновательными обвинениями все умеют…
Теперь никакой надежды не было. И маг чувствовал себя еще хуже, понимая, что в дополнение ко всем бедам, произошедшим здесь, самолично осуществил еще один кошмарный сон принца. Такое не забывают и не прощают. Все действительно закончилось.
Стараясь унять дрожь, Мерлин свернулся клубком на своем одеяле и закрыл глаза. Сейчас он ужасно завидовал своему двойнику, покоящемуся под землей уже много лет…
Прошло несколько минут, или полчаса, а может и больше, когда на поляне снова послышались тихие быстрые шаги. Голова жутко трещала, в горле застрял противный комок, в животе что-то противно дергало и единственное чего хотелось Мерлину - это остаться наедине со своими невеселыми мыслями и преспокойной умереть. Хоть под этой самой елью. Алкерон то ли не понимал, то ли был не согласен, но, добравшись до мага, впавшего в депрессивный ступор, одним рывком поднял его на ноги.
- Отстань, от меня. – Молодой человек вяло отмахнулся, намереваясь улечься обратно и продолжить самобичевание.
- Ну, нет. Ты уже сорок минут травишь мне душу своей истерикой. Я не желаю терпеть эти девчачьи сопли, тем более в своей голове!
Крепко держа за локоть упирающуюся жертву, Алкерон потащил Мерлина туда, откуда сам только что вышел.
- Не терпи. Я не просил тебя возвращаться. – Спотыкаясь и еле передвигая ноги, Мерлин апатично пялился куда-то в сторону.
Впереди послышалось журчание воды и через полминуты они оказались на берегу реки.
- У вас с Артуром были мозги одни на двоих и его высочество унесло их с собой?
- Я и не думал, что ты сможешь меня понять! – Мерлин рывком выдернул руку из захвата и нахмуренно уставился на Алкерона. В темноте был виден лишь его силуэт. – Тебе-то на всех плевать кроме себя.
- Зато я не веду себя, как истеричка. – Колдун вплотную подошел к молодому человеку и вдруг с силой толкнул его в грудь. – Окунись.

Мерлин, никак не ожидавший такого подвоха, отчаянно взмахнул руками и полетел спиной прямо в реку. Ледяная вода тут же залилась в рот и уши, заставив барахтаться с удвоенной скоростью. Так и не достав ногами до дна, маг поспешил всплыть. Отплевываясь от воды и еще больше дрожа, теперь уже от холода, он зло уставился на Алкерона.
- Ты что творишь!?
- Полегчало? – В голосе колдуна послышалась насмешка.
- Нет! – Продолжая недовольно бурчать под нос, Мерлин доплыл до каменистого берега и скользнув пальцами по прибрежным валунам, вытянул трясущуюся ладонь вверх. – Дай руку.
- Ты теперь можешь колдовать сколько угодно. Сам вылезай! – Алкерон сделал несколько шагов назад и скрестил руки на груди, чем взбесил мага еще больше.
- Тогда буду сидеть тут, пока не околею. Надеюсь тебе понравиться.
Он оттолкнулся от берега и нырнул под воду. Алкерон закатил глаза, поражаясь, почему ему все время приходиться иметь дело с нытиками и истеричками.
Когда спустя пару минут Мерлиновская голова так и не появилась на поверхности, колдун раздраженно подошел обратно к обрыву и присел на корточки, вглядываясь в темную гладь воды.
- Вылезай, придурок. Долго мне тебя жда…
Рука, вынырнувшая откуда-то из-под камней, вцепилась в край его куртки и резко дернула вниз. Дернувшись назад в тщетной попытке удержать равновесие, не ожидавший такого подвоха Алкерон полетел в воду следом за своей жертвой.
- Сам придурок. – Отплыв чуть подальше по течению, Мерлин быстро вылез на берег с ощущением, что руки и ноги сейчас отвалятся.
Сзади фыркая и чертыхаясь тут же выкарабкался Алкерон.
- Вот и делай вам добро!
Яростно выжимая куртку, колдун вытащил из кармана мокрый, но все еще бледно сияющий цветок. Повертев, теперь навряд ли полезное растение в руках, он небрежно бросил его на землю. Мерлин, выливающий воду из сапог, покосился на растение и вдруг замер. Цветок, вместо того, что бы безжизненно погаснуть наоборот ожил. Его стебелек стал удлиняться и вскоре врос в землю, поднимая сияющий колокольчик над землей.
Алкерон мельком глянул на волшебное растение и пошел обратно к поляне. Теперь снова придется колдовать, что бы высушиться…
Вскоре вернулся и Мерлин, уже совершенно сухой и чистый. Раз уж Артур все знает, да и нет его тут, то можно открыто колдовать. Маг волшебством перенес свою лежанку с вещами поближе к костру и подбросил дров в огонь. Одеяло принца осталось одиноко лежать под елью, и он поспешил убрать его в свою сумку. Алкерон растянулся на своей лежанке с другой стороны костра и сонно смотрел в огонь. Только сейчас Мерлин вспомнил, что колдун все еще не отошел от предыдущего купания в реке и своего магического истощения. Правда, раз он сумел провести такой ритуал, то чувствовал себя явно лучше.
- Извини, что не смог помочь. – Мерлин бросил короткий взгляд на Алкерона.
- Мерлин, просвети меня, о чем сейчас идет речь.
- Когда ты проводил ритуал изгнания, я ничего не мог сделать. После того, как уснул в пещере, я так и не смог толком проснуться. Все видел со стороны и слышал, но ничего не мог сделать. И он… - Мерлин запнулся. Воспоминания о собственном пленном сознание нахлынули с такой отчетливостью, что становилось еще страшнее… - Он постоянно рассказывал об ужасных вещах… И об этом мире тоже… И я… Только, когда Артур чуть не убил тебя, я смог совладать с ним на несколько секунд. А потом стало только хуже и…
Его перебил недовольный голос.
- Не знаю, с чего ты взял, что меня интересуют твои душевные излияния. Они мне через магическую связь уже всю плешь проели. И продолжают, между прочим. – Колдун закрыл глаза. – Заканчивай с соплежуйством, я спать хочу.
- Спи. Как будто я не даю. – Бурча под нос, Мерлин тоже растянулся на своем одеяле и уставился в серое небо.
Тучи не давали увидеть луну и звезды, и оставалось только гадать, сколько времени осталось до рассвета. Впрочем, не все ли равно? Внутри было болезненно пусто и в тоже время… спокойно. Не смотря на боль из-за всего произошедшего, Мерлин вдруг понял, что ему стало легче. С раскрытием тайны, словно, гора упала с плеч. Он мог колдовать! В открытую, больше не боясь быть увиденным, не вздрагивая при звуке шагов за спиной, не скрывая своей сущности. Алкерону больше нечем было его шантажировать. Мерлину больше не нужно было бояться, что другие волшебники случайно проболтаются о его магии Артуру. Теперь оставалось бояться только непрощения Артура. Но все это будет завтра: когда они отправятся на поиски сбежавшего принца, когда тот остынет, и сам Мерлин немного придет в себя и подумает, что сказать в свое оправдание. А сейчас можно было еще немного поколдовать – маг поднял руку и, шепча заклинание, образовал над поляной небольшой светящийся купол, скрывающий их от чужих глаз. Он бросил взгляд на слабый костерок, и радужка сверкнула золотом, заставляя языки пламени взвиться ввысь в бешеном танце. Еще один ленивый взмах рукой и толстая полевка, что подобралась к сапогу Алкерона, улетела в кусты. Вот теперь можно и отдохнуть.

Впервые за много дней Мерлину не снилось совершенно ничего. Может быть, виновато было успокоительное зелье, выпитое накануне, а может, он просто слишком устал и перенервничал. Что бы там ни было, по утру маг чувствовал себя гораздо лучше. Он вяло поглядел на ярко горящий костер, и окинул сонным взором поляну. Алкерон все еще спал, как обычно, в самой неудобной позе и Мерлин недовольно потер плечо. Что б его!
Молодой человек поднялся на ноги, всматриваясь в окрестный лес в надежде увидеть знакомое лицо или хотя бы спину, но кругом не было ни души. Быть может Артур бродит где-то рядом, просто не может найти дорогу назад? Мерлин постарался не думать о худшем, так же как и о том, что Артур в лесу не первый день и ориентироваться умеет очень хорошо.
Бросив быстрый взгляд на Алкерона, маг решил, что не стоит его будить, что бы быстренько оббежать окрестности. Если Артур где-то поблизости, то лучше, если Мерлин встретится с ним один на один и они поговорят. По крайней мере, попытаются…
На душе тут же заскребли кошки, при воспоминании о последних словах, сказанным принцем, и молодой человек чуть не свалился обратно в яму самокопаний и себяжелений, но вовремя передумал. От этого сейчас не будет никакого толку. Артур одумается. Он не может просто так уйти не понятно куда и не вернуться. У них есть миссия в этом мире, у них есть цель – вернуться домой…
Погруженный в эти тяжкие думы, которые на утро выстроились в более-менее адекватные мысли и доводы, Мерлин добрел до берега. В этом месте река была довольно узкой, и где-то неподалеку, наверняка, можно было перебраться на другую сторону. Маг оглядел берега, до куда хватало зрения, но не заметил ни Артура, ни хотя бы дыма от костра.
Немного скиснув, слуга вернулся к поляне и пошел вдоль ельника. Сквозь ветки ему был виден их костерок. Сделав несколько кругов, Мерлин двинулся подальше, в ту сторону, куда вчера так стремительно убежал Артур. Следопыт из мага был никакой, а сам принц, не обладая магическими способностями, был трудно находим в проклятом лесу. С неба, затянутого тучами, иногда начинал крапать мелкий дождик. Если следы Артура тут и есть, то после дождя ничего не останется.
Маг прошел еще немного вглубь и остановился. Кругом был густой темный лес, еще более темный, чем обычно, из-за непогоды. Возможно, Артур снова вышел на тропинку и идет где-то впереди в сторону замка Нимуэй? Неужели, он осмелиться сунуться туда в одиночку?! Мысли о пойманном принце, которому отрубают голову темные колдуны, заставили Мерлина резко развернуться и потопать обратно к поляне. Если его догадки верны и Пендрагон шел по тропинке всю ночь, то они с Алкероном должны его нагнать!
С быстрого шага маг перешел на бег, отмахиваясь от колючих веток и спотыкаясь о корявые корни. Волнение подгоняло его, заставляя сердце колотиться быстрее. Что если Артур встретит по дороге местных темных? Они, навряд ли, будут столь любезны и уступят дорогу. А если на его след нападут-таки ищейки? Мечом против магии мало что сделаешь. Да и вообще…
Мерлин вдруг осознал, что поляна должна была уже давно показаться на горизонте, но впереди были только елки и корявые дубы, загораживающие своими кронами дневной свет. Похоже, он свернул куда-то не туда. Маг попятился и рванулся в другую сторону, чувствуя, как колотиться сердце. Он рванул направо, потом налево, дважды наткнулся на один и тот же ракитник и влетел ногой в какую-то нору. Опять проклятая поляна? Может, это сон? Или…
- Мог бы придумать что-нибудь новенькое! – Маг со злостью пнул подвернувшуюся под ногу ветку и оглядел ближайший кустарник. – Твои дурацкие иллюзии гроша ломаного не стоят, Алкерон!
- Ой, как стоят! Да еще какого гроша! – Женский насмешливый голос, раздавшийся откуда-то из-за спины, был настолько неожиданным, что Мерлин подскочил на месте. Из-за ствола широкого дуба, мягко ступая по лесной подстилке, вышла Анна. Ее черный плащ с тихим шуршанием волочился за ней по земле, подметая опавшие листья. Губы женщины скривились в злобной усмешке. – Не ожидал?
Мерлин растерянно пялился на ведьму, старательно прощупывая ее ауру и не находя никаких следов магии. Видя ошарашенный вид молодого человека, колдунья большим пальцем левой руки подцепила веревочку у себя на шее и вытащила на свет волшебный кулон.
- Хорошая вещь, верно? Очень качественно скрывает магические силы, так сразу и не пробьешь, если не знать специального заклинания. – Анна сделала несколько шагов, начиная обходить по кругу загнанную в ловушку жертву.
- Тебе лучше убраться прочь и сообщить Нимуэй, что мы почти у цели.
Заговаривая ведьме зубы, Мерлин лихорадочно соображал, что теперь делать.
Не то, что бы он не мог справиться с одной темной колдуньей. Но раз он не почувствовал ее магию, вполне вероятно, что здесь есть и другие ищейки.
Нужно предупредить Алкерона!
- Как самонадеянно! – Анна поцокала языком и снова улыбнулась. Мерлин отметил, что на ее щеках и шее до сих пор виднелись мелкие царапины после происшествия на рынке.
- Как поживает Моргауза и ее хозяйство? – Медленно отступив на пару шагов назад, маг украдкой окинул взглядом местность.
- Вы изрядно подпортили репутацию ее рынка. Она лично платит еще тысячу золотых за ваши отрубленные головы на ее обеденном столе. Жаль, деньги пропадут. – Женщина покачала головой.
- Это почему это?
Еще несколько фигур в черных плащах, появились прямо из воздуха. Зелье-хамелеон, о котором говорил Эвон…
Справа и слева из кустов показались двое крепких высоких мужчин. Они были без плащей, на поясе у одного висел длинный кинжал, а у второго был меч. Маг удивленно приподнял брови, но, взглянув на бессмысленный тупой взгляд верзил, догадался, что они простые смертные под действием заклинания.
За спиной у Анны оказался тот самый парень, что был в доме Нореклы и норовил открыть шкаф, где прятался Мерлин. Он вел под руку женщину: волосы пленницы спутались, а взгляд испуганно метался по поляне. В руках у ведьмы была сумка, в которую она вцепилась, словно, в ней был смысл ее существования.
Судя по шелесту листвы, за спиной у мага был кто-то еще. Дело было плохо, совсем плохо…
- Да потому что у нашей повелительницы на вас свои планы. Например, поджарить вас на костре… Хотя, я просила ее за вашего темного друга. – Лицо женщины разочарованно вытянулось. – Но она отказалась предоставить его нам. Уж мы-то с ним повеселились на славу. Кстати, где он? - Женщина заглянула за плечо Мерлина, будто ожидая увидеть там второго волшебника.
- Подсыпает отраву вашей правительнице.
Бросив в Анну огненный шар, Мерлин резко рванулся в сторону чаще, на ходу отбрасывая магической волной одного из вооруженных зомби. Он увернулся от летящей в него маленькой красной молнии, но уже через секунду почувствовал, что потерпел поражение. Тонкая лента сомкнулась на шее и резко дернула назад. Не удержав равновесия, Мерлин упал на землю, хватаясь руками за кожаную полоску и хрипя. Словно коршун, Анна тут же оказалась возле него.
Бить женщин – последнее, чего бы хотелось магу, но в данной ситуации выбирать не приходилось. С силой ударив ногой ведьму под колено, Мерлин вскочил на ноги. В глазах плясали черные точки и расплывались круги - удавка сжалась, до боли врезаясь в кожу. Один из верзил тот, что имел кинжал, кинулся за удирающим противником.
- Держи его! Брось в него обездвиживающее заклинание!
Сразу две магические волны пролетели над головой пригнувшегося Мерлина и ударились друг в друга. Здоровая ручища схватила мага за плечо, но тут же отпустила. Кто-то из колдунов случайно попал в своего же человека, и верзила с треском свалился в колючие кусты.
Голова кружилась, в легких не хватало кислорода и Мерлин почувствовал, что больше не может бежать. Хватаясь за ветки, он сделал еще несколько шагов, пока сзади не послышался женский визг, и жуткая боль не пронзила левый бок.
- Не спеши, дорогуша. Мы с тобой еще не закончили… - Последнее, что успел услышать маг, теряя сознание и сползая на землю.

Анна одним резким рывком вытащила длинный кинжал из бока обмякшей жертвы и ослабила удавку. Поверженный противник рвано дышал, но в сознание не приходил. Женщина с отвращением взмахнула рукой, убирая следы крови на своем плаще, и, резко обернувшись к своим ищейкам, отвесила смачную пощечину одному из колдунов.
- Кретины, из-за вас он чуть не сбежал! Вы не умеете целиться?
Ведьма толкнула второго верзилу, что еще был на ногах.
Мужчина, в котором Мерлин узнал покупателя у Нореклы, подал недовольный голос.
- Чего ты бесишься, женщина? Никуда бы он не сбежал с удавкой на шее и без магии. Руки-то свои не распускай, мы тебе в рабы не нанимались! – Он зло тыкнул пальцем ей в грудь.
- Закрой пасть и приведи эту чертовку! - Видя, что мужчина не двигается, она добавила: –хочешь поднять бунт? Может, решил присоединиться к этому? – Ведьма ткнула пальцем в истекающего кровью Мерлина. Ее глаза зло сощурились, так что остальные колдуны поспешили отойти прочь, что бы не попасть под горячую руку. – Решил пополнить ряды предателей на виселицах? – Голос Анны сошел на яростный шепот.
Слова о виселице и предательстве подействовали на мужчину именно так, как она рассчитывала, и колдун поспешил пойти на попятный.
- Не выдумывай ерунды! Я просто сказал…
- Твое дело помогать мне в поимке этих тупоголовых бунтарей, а не молоть языком всякую чушь. Хочешь жить и иметь достойную работу – делай, что я тебе говорю, и будешь вознагражден. А не хочешь – убирайся! – Женщина скрестила руки на груди. Ее лицо превратилось в холодную маску, а глаза выражали открытое презрение. Колдун молчал и Анна, наконец, промолвила с ухмылкой, – то-то же. Иди, приведи чертову девку, пока он не испустил дух.
Пока колдун ходил за женщиной, в чьей руке так и была зажата холщовая грязная сумка, Анна подошла к пленнику.
- Вечно лезете, куда вас не просят. Скорее бы вы все уже передохли, проклятые светлые. Одни проблемы от вас. Сидели бы в своих норах и помалкивали. – Ведьма рывком перевернула молодого человека на спину. Кинжал проткнул бок мага насквозь, и одежда уже успела изрядно пропитаться кровью. Анна проверила пульс на запястье - слабый, но есть. – Ну, где она там?
Мужчина толкнул перепуганную пленницу в сторону ведьмы. Та растянула губы в притворно-добродушной улыбке и, поднявшись с колен, подошла к женщине.
- Видишь, Стелла, у нас тут раненый. – Она обняла трясущуюся волшебницу за плечи и подвела к Мерлину, присаживаясь вместе с ней на корточки. – Вынимай свои зелья. Сделай так, что бы он не умер раньше срока от потери крови. Но что бы мучился от боли и не мог сбежать. – Анна наклонилась к Стелле, шепча ей на ухо, словно, доверяя великую тайну. – Если не сделаешь, как я прошу, найду твоего маленького выродка и скормлю оборотням.
Глядя на всхлипывающую пленницу, ведьма улыбнулась еще шире и легонько потянула за магические нити ошейника, заставляя его сжаться сильнее.
- Пожалуйста… Не надо… – Всхлипывая и тяжело дыша, женщина продолжала цепляться за свою сумку.
- Тогда делай!!! - Анна толкнула пленницу в плечо и вскочила на ноги, пристально наблюдая за тем, как та трясущимися руками достает из сумки зелья. Не отвлекаясь, ведьма приманила к себе молодого худощавого колдуна, что так нерасторопно вырубил одного из верзил. – Позови остальных и прочешите лес. Двое других где-то неподалеку. И смотри, с патлатым поаккуратней – эта дрянь помешана на иллюзиях и любит все взрывать.
Парень кивнул и стремглав помчался обратно в лес. Уже через минуту, оттуда показались еще трое, присоединившись к маленькой компании Анны. Перешептываясь и хихикая, они тыкали пальцами в женщину, которая возилась с пленником. Произнося целебные заклинания и смазывая кровоточащую рану какими-то мазями, она немного успокоилась и теперь не тряслась, как осиновый листок. Достав очередной флакон, знахарка наклонилась к Мерлину и потрясла его за плечо.
- Какого черта ты делаешь?
- Он должен выпить это зелье. Оно остановит кровотечение. – Стелла сжала пузырек и старалась не поднимать головы, что бы не нарваться на оплеуху от сумасшедшей Анны.
Ведьма подошла ближе и произнесла заклинание. Толстые веревки опутали руки и ноги светлого мага, не давая возможности пошевелиться и подняться. Знахарка скосила взгляд на путы и похлопала Мерлина по щекам, стараясь привести в чувство.
- Что ты возишься с ним, врежь ему как следует! – Один из подошедших мужчин не выдержал и все-таки подал голос.
Остальные его поддержали громким гиканьем. Анна шикнула на развеселившихся колдунов, однако идея ей понравилась. Отпихнув Стеллу, она отвесила пленнику смачную пощечину, улыбаясь при виде красного рубца, оставленного ее кольцом.
- Кто это у нас проснулся! Неужто соизволили почтить нас своим присутствием, Ваше Светлейшество? – Ведьма хохотнула и отошла обратно к шушукающимся мужчинам.
Мерлин проследил за ней затуманенным взглядом и уставился на плачущую Стеллу.
- Вам нужно выпить это. Это лекарство. – Дрожащей рукой, она поднесла пузырек к губам Мерлина и вылила ему в рот горьковатую жидкость. Маг закашлялся, но лекарство проглотил.
Действие зелья не замедлило сказаться - в голове сразу прояснилось, и дышать стало как будто легче. Опустив взгляд на веревки, которыми он был прочно связан, Мерлин тихо застонал. Все было хуже, чем просто ужасно…

Колючие ветки елей и кустарников цеплялись за одежду, корни лезли под ноги, деревья вырастали, словно из ниоткуда. Он постоянно спотыкался, оскальзывался на влажной земле и до крови расцарапал руки, продираясь сквозь кусты шиповника. Лес словно насмехался над ним!
Артур вынул меч из ножен и принялся расчищать себе дорогу, буквально прорубая густые заросли. Злость придавала сил, заставляя кромсать тоненькие веточки молодых деревьев. Хотя в кромешной тьме было толком не разобрать, что именно растет кругом.
Как он мог?.. Тоненькая березка, попавшаяся на пути Пендрагона, встретила свою кончину на лезвие королевского меча. Как же так?.. Ель лишилась одной своих лап. Это же Мерлин!.. Ствол попавшейся осины оказался слишком толстым, и лезвие застряло, не перерубив деревце до конца. Артур рыкнул и резко выдернул оружие из ствола. Сердце колотилось, по лицу стекал пот, после быстрого бега и бессмысленного утомительного уничтожения леса.
Принц двинулся вперед, не желая останавливаться ни на секунду. Ему казалось, что поляна еще рядом, буквально за спиной. В ушах все еще звенели слова Мерлина: «Пожалуйста, позволь мне все объяснить, Артур!» Нечего тут объяснять! Предатель! Целых четыре года он пудрил Артуру мозги, втирался к нему в доверие, прикидывался этаким деревенским дурачком! А Артур верил ему! Сколько раз отец говорил, что колдуны коварны, они могут одурачить своей невинностью, ввести в заблуждение сладкими речами, прикинуться обычным человеком, а потом нанести роковой удар в спину. Пендрагон содрогнулся от мысли, сколько раз Мерлин мог убить его! Ведь он постоянно был с Артуром, помогал ему на охоте, присутствовал на пирах, убирался в его комнате и готовил ему принимать ванну. Четыре года колдун жил рядом с ним, имея множество шансов навредить ему или отцу! Или Моргане! Ведь Мерлин мог всегда подлить яд в его кубок, или заколоть его во сне, или заколдовать на охоте…
- Я пригрел на груди ядовитую змею…
Артур уставился на узкую тропинку, ту самую, по которой они шли уже два дня. Он не мог остаться на ней и продолжить путь к замку. Мерлин и Алкерон пойдут здесь, значит, могут догнать. А Артур совершенно не хотел видеть своих бывших спутников, слышать их голоса и тем более разговаривать с ними. И знать, что с ними будет, он тоже не хотел. Пусть хоть весь мир рухнет!
Он двинулся к реке, сам не зная зачем. В прошлый раз купание казалось спасением, а сейчас было только желание утопиться в ледяном потоке.
Выйдя на каменистый берег, Пендрагон зло топнул ногой, а потом еще и еще. Это было ужасно глупо, по-детски, но он ничего не мог поделать. В груди щемило и ныло, от безысходности хотелось завыть на луну, да и та не выглядывала из-за туч. Еще никогда Артуру не было так обидно, как сейчас. Единственный человек, которого он считал своим другом, предал его. Не рыцарь, который заплатил бы жизнью за дезертирство, не король дружественного королевства, которому Артур объявил бы войну, не слуги, которые периодически уходят из Камелота. Все эти люди, что окружали Артура, были важны для него, да. Они все являлись его людьми, он отвечал за них, он старался для них, он оберегал их. Они в ответ любили и уважали его. Но все это было не то! Друг у Артура был один. И он только что лишился его по такой безумной причине… Мерлин – колдун!
Артур двинулся вдоль берега, совершенно не представляя, что теперь делать и куда идти. Впереди река совсем сузилась и над водой выступила цепь валунов. На том берегу его никто не будет искать и он сможет спокойно подумать…
Дважды чуть не соскользну в воду с мокрых камней, он все-таки перебрался на ту сторону. В голове совершенно не кстати вспыли слова Эвона о том, что тут еще опасней… К черту все! Пендрагон двинулся по берегу вниз по течению, но потом решил, что лучше сейчас передохнуть, а с рассветом отправится в путь. Наверняка Мер… эти колдуны тоже так поступят. Так что нет смысла торопиться.
Собрав немного хвороста, Артур полчаса возился с костром. Вот теперь ему стало ясно, как Мерлин так быстро разжигал огонь. Паршивец колдовал прямо у него под носом! Ударяя камнями друг об друга, Пендрагон снова начал заводиться, вспоминая все нелепые случаи и происшествия, которые он не мог объяснить. Сломанные ветки, так удачно падающие на голову разбойникам, враз подогретая вода в ванной, странно вылеченная рана от стрелы, предметы в его комнате, меняющие местоположение совершенно неожиданным образом. Все встало на свои места.
Когда в очередной раз жалкая искра так и не зажгла огня, Артур зло швырнул камни на землю. И тут в памяти всплыли совсем уж отвратительные воспоминания. Волшебные существа, с которыми боролся Артур и которые по словам Гаюса можно было убить только магией… Артур магией не обладал, но дракона, по словам того самого Мерлина, победил. А грифон! Его убил Ланцелот… Так выходит, что Мерлин помог Ланцелоту и тот был в курсе? Артур с досадой вспомнил, что и Алкерон был в курсе. Интересно, кто еще? Гаюс, наверняка!
Принц уселся на корточки, сложив руки на колени, и уперся в них подбородком, при этом злобно скалясь на темные воды Форели. Перебирая в памяти картины из их путешествия по здешнему Альбону, вспомнились и все шепотки, переглядывания и хихикания Мерлина и Алкерона. Как он сразу не догадался! Да хотя бы когда… Да когда Алкерон и Мерлин пялились на этот идиотский волшебный водопад, как завороженные! И как Мерлин потом настаивал, что Алкерона надо взять с собой. Теперь понятно, почему он его постоянно выгораживал. Конечно, они ведь одного поля ягодки… Следующим в памяти всплыла проклятая поляна, где они наматывали круги. И как после Алкероно-Мерлиновского перемигивания вдруг все встало на свои места. Пока Артур был попугаем и бранил Алкерона, в этот самый момент Мерлин, конечно, же колдовал. А когда их опоил Мак так и вовсе признался во всеуслышание в колдовстве! Ну, ладно, тогда и сам Артур выдал подобную чушь, так что это можно не считать… Оборотни. И почему Пендрагон тогда не удивился, что прежде, чем хоть одна ветка хрустнула под лапой проклятых зверей, Алкерон и Мерлин, словно, учуяв что-то, задрали головы. Артур вспомнил Нореклу, а потом и разговор на кухне о пророчестве. Мерлин знал… Он все знал с самого начала, а Артур ломал голову и не мог понять, что значит эта чушь. И Алкерон знал, а Артур снова оказался в дураках! Принц нахмурился, тогда Мерлин сказал уходящему колдуну, что тот не сможет уйти, потому что ЭТО все равно его вернет. Что он имел ввиду? Говорил ли он о пророчестве? Теперь Пендрагон был ни в чем не уверен…
Сзади хрустнула ветка, потом еще одна, послышался шелест листвы, и Артур в тот же миг оказался на ногах, вытаскивая меч из ножен. Он вдруг сообразил, что собственноручно загнал себя в ловушку. Если из чащи выйдут волки, ему будет некуда бежать. За спиной была только река…
Но среди ветвей мелькнул огонек, шаги приближались, и Пендрагон пришел к выводу, что это все-таки не звери. Лучше или хуже стало от этого, было не понятно. На всякий случай он приготовился отражать атаку.
Сквозь ветви маленькой елочки выплыл небольшой магический шарик, а следом за ним на берег вышел и его обладатель. Мужчина среднего роста в довольно потрепанной одежде. В слабом волшебном свете было трудно разглядеть его лучше, и Артур затруднялся определить даже возраст.
Увидев названного гостя на берегу реки, колдун остановился.
- Ты кто? – Глаза мужчины сверкнули золотом, очевидно, проверяя Артура магически, и тут же погасли. – Смертный? Откуда ты тут взялся?
- Меня зовут Артур. – Принц не был уверен, что стоит сообщать что-то большее.
- И что ты тут забыл, Артур? Не знаешь, что на этом берегу нельзя находиться? – Мужчина двинулся в сторону реки, продолжая говорить с Пендрагоном. В его руке Артур заметил ведро, которого еще секунду назад не было.
- Что тогда здесь делаешь ты, колдун?
Мужчина наклонился и набрал воды в полном молчании. Артур пришел к выводу, что тот решил игнорировать смертного чужака. Но колдун разогнул спину и обернулся к принцу. Молодому человеку показалось, что мужчина прищурился и магический шарик засветил ярче. Он подлетел прямо к макушке Артура, высвечивая его лицо из темноты и ослепляя на несколько мгновений. Послышался звон упавшего ведра и плеск разлитой воды. Шарик медленно отлетел и завис между двумя мужчинами. Проморгавшись Артур даже растерялся, увидев, что лицо колдуна выражает полнейший шок. Сейчас света было достаточно, что бы разглядеть встречного: густые темные волосы мужчины еле подернулись сединой, однако, лицо было изборождено глубокими морщинами. Артур опустил взгляд – руки старика. Выходит, колдуну не меньше лет семидесяти… или сколько они там живут?
Принц уставился прямо в темные глаза волшебника, не понимая, чем вызван такой шок. Наконец, старик взял себя в руки и еле слышно произнес:
- Принц Артур… Ты пришел, что бы освободить меня? - Артур похлопал ресницами, открывая и закрывая рот, и не зная, что сказать на это. Что имел ввиду старик? Что он снимет проклятье с Камелота?
- Да. Мы… То есть я… Мы идем как раз…
Он не успел договорить. Старик рухнул перед ним на колени. По его щекам текли слезы, блестящие в магическом свете и казавшиеся от этого какими-то призрачными.
- Я знал, что однажды ты вернешься! Я так долго ждал тебя. – Старик поднял на него полный боли взгляд и прошептал: – Я раскаиваюсь в том, что совершил. Я пожалел об этом много лет назад, но уже ничего нельзя было исправить. Я так устал нести свое бремя в этом проклятом мире. Отпусти. Убей меня… - Артур непонимающе продолжал пялиться на кающегося старика и попятился назад, совершенно не представляя, что делать.
- Послушайте, мы… Я… Я пришел, что бы избавить Камелот от проклятья, который на него наложил темный колдун. Я постараюсь сделать все, что в моих силах, что бы Альбион снова процветал. И я не понимаю, о чем вы говорите.
- Ты пришел!? Но этого не может быть! – Колдун перестал плакать. Он цепким взглядом осматривал фигуру Артура и, наконец, протянул руку. Пендрагон дернулся, не имея никакого желания прикасаться к колдуну, но старик осторожно взял его за запястье и легонько сжал пальцы. – Ты не призрак!
- Нет. Живой пока. – Принц осторожно вытащил руку из захвата старика и сделал несколько шагов назад, не представляя, что еще ожидать от сумасшедшего.
- Наверно, это сон. Мой очередной сон… - Старик забормотал себе под нос и засуетился, подбирая ведро и снова наклоняясь за водой. – Опять проклятый сон… Я снова купился…
- Я так не думаю. Еще час назад я тоже надеялся, что это сон. Но все оказалось намного хуже. – Пендрагон скрестил руки на груди, хмуро глядя на то, как старик замирает, переставая бормотать, и вынимает наполовину полное ведро.
- Так это правда? Значит, ты настоящий принц Артур? Но откуда ты взялся? – В голосе старика сквозило недоверие.
- Пришел из другого мира. – Видя непонимание, Артур запнулся и попытался объяснить. Вышло коряво. – Такой по ту сторону зеркала, которое разбилось на осколки или что-то такое…
- Ты пришел сюда, что бы освободить этот Камелот от проклятья? Только за этим? – Теперь пришло время старика смотреть на Пендрагона, как на сумасшедшего.
- Вообще-то придурок Алкерон закинул нас сюда! А потом оказалось, что моей сестрице, которая оказалась ведьмой, сделали какое-то пророчество, и потом ей приснился сон, и поэтому мы с Мерлином не можем вернуться домой, пока его не исполним. Поэтому я, так или иначе, должен спасти ваш Камелот. – Артур выпалил все это на одном дыхании, сомневаясь, что старик воспринял его слова всерьез. – Вообще не знаю, зачем я с вами разговариваю.
Артур развернулся, что бы подобрать свой рюкзак и уйти, но остановился, услышав дрожащий голос старика.
- Вы с… М-М-Мерлином? - Колдун повторился. – Мерлин? Он… Он волшебник?
- Откуда вы знаете? – Артур резко развернулся, уставившись на старика внимательным взглядом. Тот, казалось, был готов вот-вот упасть в обморок, настолько бледным выглядело его лицо в магическом свете.
- Этого не может быть… не может быть… - Старик снова перешел на бормотания.
- Да. И я так думал, пока собственными глазами не увидел, как он колдует. – А про себя подумал «Вот Мерлин, даже старик в шоке от твоей выходки».
- Он колдует… Он жив? – Старик, чей взгляд блуждал по окружавшему его интерьеру, наконец, снова сфокусировался на принце. В его глазах светилась надежда, и это окончательно сбило Артура с толку.
- Жив. Послушайте, что происходит? Опять колдовские выкрутасы с пророчествами? Откуда вы знаете меня и Мерлина? Почему…
- Он мой сын.
Слова старика оборвали поток бесконечных вопросов, что посыпались из Пендрагона и заставили принца несколько раз прокрутить их в голове, прежде, чем осторожно переспросить.
- Кто? Мерлин?
- Да. Мой сын. Мой Мерлин.
Что ж, после того, как Артур узнал, что его слуга – колдун, таким новостям можно было и не удивляться. Он и не удивился. Только вдруг почувствовал, что его начинает душить такой же смех, как тогда, когда он узнал, что его двойник был влюблен в Нореклу. Несколько истеричный смешок все-таки слетел с губ принца, прежде, чем он осознал, что старик ни в коей мере не шутит. Улыбка исчезла с лица принца, и он деревянным голосом задал самый главный вопрос, ответ на который, возможно, ему не очень хотелось бы слышать:
- Кто ты такой?
Старик какое-то время молча разглядывал принца, не зная какой реакции ожидать на свои слова.
- Меня зовут Балинор.
Артур почувствовал, что больше не в силах стоять на ногах и поспешил сесть на плоский камень. Хотя скорее он плюхнулся на него все своим весом. Каких еще сюрпризов стоило ожидать от этого мира? В ответ на слова старика не возникло даже злости, что душила его по пути сюда. Ничего. Странное состояние оцепенения. Столько информации за один час – это слишком много.
Какое-то время он сидел в молчании глядя куда угодно, только не на Балинора, все еще стоящего перед ним. Взгляд упал на чащу, и Артур махнул мечом в ее сторону.
- И вы что… Вы просто живете тут? И все?
- Живу. И все. А что должно быть еще? – голос старика стал уставшим и пустым.
- Вот так просто? - Артур поднял взгляд и уставился в глаза колдуну. – Вот так просто живете здесь, как ни в чем не бывало? Как будто не вы уничтожили сотни людей в замке! Как будто не вы убили мою семью и меня здешнего! Как будто не вы прокляли эти земли, и полвека все ее жители страдают от последствий вашей вражды с Нимуэй! – Пендрагон перешел на крик, поднимаясь на ноги.
- Ты вправе злиться…
- Я вправе злиться?! – Артур подскочил к старику, хватая его за грудки. – Да я должен был убить тебя пять минут назад, как только встретил!
- Я готов умереть.
Балинор съехал вниз и снова оказался на коленях перед Артуром. Отчего-то это остудило пыл принца и он отпустил старика.
Бросив меч, молодой человек опустился обратно на камень, запуская пальцы в волосы. Голова начала жутко болеть и во всем теле появилась противная слабость.
Видя, что принц не собирается ничего делать, старик снова заговорил
- Она забрала жизнь моего сына, что бы ты мог родиться…
- Замолчите! Я не желаю больше ничего слушать! –
Прекрасно, теперь оказывается, что он еще и в смерти здешнего Мерлина виноват! Так недолго сойти с ума… И Артур уже начал опасаться за свой рассудок. Согнувшись пополам, обхватив себя за плечи и уставившись взглядом в землю, он старался собраться с мыслями.
- Посидите и подумайте, я буду ждать вас в своей избе.
Старик развернулся и, не торопясь, пошел к лесу, словно надеялся, что Артур сейчас одумается и отрубит ему голову. Но колдун скрылся за деревьями, а меч так и остался лежать на земле.
Артур не знал, сколько просидел в прострации на холодном камне. В голове была каша из противоречивых эмоций и информации.
Балинор отец Мерлина. Мерлина убила Нимуэй, что бы Артур родился. Мерлин колдун. Балинор уничтожил Камелот и убил Артура, что бы отомстить за Мерлина. Информация укладывалась в четыре коротких предложения. Всего четыре, но каждое из них вызывало столько эмоций, что Артур так и не смог определиться, как ему относиться к Балинору.
Очередная догадка только ухудшила ситуацию. Мерлин знал… Он снова все знал, как только Моргана назвала имя колдуна и… В памяти всплыла картина: плачущий Мерлин склонился над умирающим Балинором…
Артур поднялся, не зная, что теперь делать и куда идти. Последним предложением было заглянуть в гости к колдуну, уничтожившему Альбион. Что ж, другого варианта все равно нет…

Лачуга Балинора находилась в нескольких метрах от берега. К ней вела узенькая тропинка, по которой старик спускался к реке за водой. Артур окинул взглядом покосившиеся стены и полуразрушенную крышу, и осторожно взошел на крыльцо. Ступеньки под ногами противно скрипнули, и принц быстро вошел внутрь. Убранство комнаты было, слабо говоря, скудным. Продавленная лежанка возле печи, маленький стол и стул. По углам валялось какое-то барахло, вперемешку с книгами и свитками, на подоконнике стояли грязные склянки с остатками зелий, закопченный потолок зарос столетней паутиной, которая свисала клоками по углам. Более менее чистым местом были три полки уставленные книгами. Похоже, хозяин считал их своей единственной ценностью и до сих пор бережно стирал пыль с корешков.
Балинор сидел на шатком трехногом стуле, ожидая прихода принца. Он уставился на вошедшего вопросительным взглядом, словно ожидая, что тот вынесет, наконец, смертный приговор. Но Артур, не говоря ни слова, разглядывал старика. Молчание затянулось.
- Что вы хотите от меня? – Принц развел руками, обводя комнату безразличным взглядом.
- Я не вправе чего-либо хотеть от вас, принц Артур. Но я думал, что вы захотите отомстить мне за то, что случилось с вашей семьей, с вашим королевством. Я готов принять заслуженное наказание. – Колдун помолчал, внимательно следя за Пендрагоном, без приглашения прошедшем к кровати и опустившемся на скрипящую тахту.
- Моргана… Мы встретили ее, как только попали сюда. Она рассказала, что Нимуэй убила вашего сына, и вы решили ей отомстить… - Артур не знал, зачем повторяет то, что им обоим было известно. - Вы убили столько невинных людей, что бы отомстить ей… Почему вы не убили саму Нимуэй? Ведь это она во всем виновата!
- Я хотел, что бы она знала, что такое потерять все. Она в одночасье лишила меня семьи. Семья – все что у меня было, самое дорогое. Она забрала жизнь моего ребенка. Кто дал ей право распоряжаться моей судьбой в угоду себе? Не думаешь же ты, что она помогла твоему рождению бескорыстно? Она видела в этом выгоду для себя и для магии. Двадцать лет она шла к своей цели и когда победа была близка, я отобрал у нее все. – В голосе колдуна засквозили холодные нотки при воспоминаниях о ведьме, искалечившей его жизнь.
- Нимуэй построила замок и захватила на Альбионе власть, темная магия процветает. И вы считаете, что победили? – голос Артура тоже наполнился злобой.
- Я не стремился к победе. В этой войне победителей нет. Я лишь хотел отомстить, но месть не принесла мне удовлетворения. Только тяжкую ношу, которую я влачу на себе уже пятьдесят лет. Я проклял Камелот и вместе с ним самого себя. Но это не помогло вернуть мне к жизни жену и сына. Я совершил ошибку, поддавшись своей темной стороне. И за нее заплатили слишком многие, в том числе я сам...
- Многие… - принц скривил губы в насмешливой улыбке. – Целый континент – это вы называете многими?
- Я бы все исправил хоть сейчас…
- Так исправьте! - Артур ударил кулаком по колену. - К чему было ждать полвека, проведя это время в отшельничестве, а не взять и все исправить.
- Я не могу. Проклятье нельзя снять с замка. Во мне не течет королевская кровь, и я не обладаю достаточной силой, что бы обратить заклинание вспять.
- Как же тогда ты наложил его? – Артур скрестил руки, не очень-то веря словам старика.
- Тогда мною двигали боль и ярость. Я взращивал свою месть двадцать лет, лелеял и строил планы, набирался могущества, что бы нанести сокрушительный удар. Даже тогда я не смог бы снять проклятье, потому что был переполнен злобой. А после раскаянием и отчаянием… Когда я стоял в тронном зале, глядя на тебя и твоих родителей, лежащих у моих ног, я чувствовал, что совершаю нечто ужасное. Но не мог остановиться… Я закончил начатое в тот день, а когда проснулся следующим утром, понял, что мир, который так долго процветал на Альбионе, был уничтожен моими собственными руками. У нас могло бы быть будущее, но я все уничтожил. Уничтожил… - Колдун покачал головой, не зная, что еще сказать. Пятьдесят лет груз вины лежал на его плечах, все больше придавливая его к земле, заставляя бежать от самого себя, возвращаться к тем событиям снова и снова.
- Как ты мог жить с этим столько лет? – Артура разрывали одновременно чувства отвращения и жалости к колдуну. Злость на какое-то время отступила, подавленная безнадежностью и отчаянием в голосе старика.
На слова принца старик хрипло рассмеялся грустным и несколько безумным смехом. Он обвел рукой захламленную грязную комнату.
- Разве это жизнь? Я каждую ночь вижу во сне всех тех убитых, что попались на моем пути в замке. Каждый раз вижу пожар, что устроили мои драконы, слышу крики и стоны людей, ощущаю тяжесть проклятья. И каждый раз просыпаясь, я не могу сказать: это всего лишь кошмар. – Колдун помолчал, но все же продолжил, – но я до сих пор не понимаю… Как проклятью удалось распространиться за пределы Камелота. Я не думал, что оно окажется таким сильным.
- Мой отец всегда твердил, что магия приносит одно только зло и несчастье. И его правоту я вижу здесь на каждом шагу.
- Вот оно как… Трудно представить Утера, ненавидящего магию. – Старик грустно ухмыльнулся. – Твой отец был великим королем великого волшебного государства. Магия при нем ценилась, а светлые колдуны были уважаемыми людьми…
- В нашем мире все иначе. Магия запрещена в Камелоте и любой, замеченный в колдовстве будет сожжен на костре или лишиться головы. Отец вовремя устроил великую чистку, и с тех пор наш мир процветает без волшебства и проклятий. – Каждое слово Артур произносил так, будто хотел вбить старику в голову непреложную истину. Будто бы это могло что-то исправить, что-то доказать. А может он пытался доказать это самому себе, а вовсе не Балинору?
- Неужто, Игрейн допустила такое? – Балинор удивленно вскинул брови, вспоминая жену короля. Он не был знаком с ней лично, но слухи, ходившие о ее доброте и милосердие, навряд ли были враньем.
- Моя мать умерла при родах.
Артур отвернулся, понимая, что колдун сразу же догадался о причине ее смерти. Как он ненавидел это…
- Магия жизни и магия смерти неразделимы. Что бы создать жизнь, надо ее отнять… Выходит, у нас с твоим отцом есть что-то общее…
- Не смей сравнивать себя с моим отцом! – принц в мгновение ока подлетел к старику, поднося лезвие меча к его горлу, готовый вот-вот полоснуть по дряблой коже и пустить кровь проклятому убийце.
- А в чем наше отличие? – Безразлично скользнув взглядом по лезвию, он посмотрел в глаза Артуру. – Мы оба потеряли дорогих нам людей. И оба отомстили, только каждый по-своему.
- Мой отец, сделал мир лучше, поднял на ноги разрушенное королевство, развращенное магией. Он преданно служит своему народу уже много лет. В то время, как ты, уничтожил все хорошее, что было в этом мире, превратив земли Альбиона в сущий ад!
Пендрагон тряхнул второй рукой старика за плечи, так что лезвие, вжавшись ему в шею, оставило тонкий кровавый след. Колдун не отвечал, ожидая, когда меч, наконец, сделает свое дело, перерезая сухожилия, мышцы и вены на шее. Но Артур продолжал буравить Балинора злым взглядом и не торопился закончить начатое.
- Чего ты ждешь, Артур? Убей…
- Нет. – Принц медленно отвел меч в сторону и, отпустив старика, сделал несколько шагов назад. – Ты должен помочь мне.
Артуру пришлось сделать усилие над собой, что бы прямо сейчас не проткнуть насквозь колдуна. Ярость все еще душила его, но он сдержался, понимая, что убийство теперь ничего не решит. Месть не сможет принести ему удовлетворения, так же как и Балинору.
- Я ничем не могу тебе помочь. – Колдун, казалось, весь осунулся и состарился еще лет на десять за одно мгновение.
- Я должен узнать все о проклятье, которое ты наложил и как его можно снять.
Артур с неохотой убрал меч в ножны и уселся на кровать, приготовившись расспросить старика.
Эмоции переполняли его через край, не позволяя разумно мыслить, и Пендрагон решил прибегнуть к единственному верному выходу. Закрыть их на замок глубоко внутри и не обращать внимания, пока проблема не будет решена. Годы военной закалки сделали свое дело. Во время битвы некогда было оплакивать погибших и бояться за выживших. Нужно было действовать четко и продуманно. Стоит дать взять эмоциям верх, и ты покойник. Принц понимал, что когда сбежал с поляны в проклятый лес, полный опасностей, оставив Мерлина и Алкерона позади, он поступил импульсивно, и это могло стоить ему жизнь. То, что он до сих пор не был убит темными магами или не разорван на куски бешеными зверями, просто чудо. И сейчас нужно было взять себя в руки, закрыть глаза на душащую его злость и обиду, забыть на какое-то время о жажде мести, оставить в стороне мысли об отце и подумать о будущем...
- Это древнее темное проклятье. Я потратил много времени, что бы отыскать его и научиться ему. Оно заключалось в том, что бы не просто уничтожить замок и его обитателей. А запереть их там, внутри. Между жизнью и смертью… - Балинор уставился на свои трясущиеся руки, в очередной раз, поражаясь жестокости и безумству своей собственной идеи.
- Что ты хочешь сказать? Они все еще живы? – Артур нахмурился, не понимая, о чем говорит колдун.
- О нет. Они не живы, но они и не мертвы совсем. Их души заперты в стенах замка и не могут покинуть этот мир, что бы продолжить свой путь. В замок никто не может попасть…
- Это не правда. Мы с Мерлином были внутри.
- …Кроме прямого наследника трона, то есть тебя или Морганы. И моего прямого наследника. – Старик поднял на Артура взгляд полный раскаяния. – Я все сделал так, что бы никто не мог снять проклятья, что бы Нимуэй осталась ни с чем. Заклинание было основано на крови, твоей и моей, и на моей магии. Единственным человеком, кто мог попасть в Камелот, оказалась Моргана. Твоя сестра. Я не знаю, каким образом она выжила в ту ночь, но однажды она пришла ко мне. Она сказала, что общалась с драконом, моим другом, и он поведал ей правду обо мне и Нимуэй. И еще она сказала о пророчестве, о том, что ты можешь вернуться. Я тогда не поверил ей. Решил, что это бредни отчаявшегося человека. Моргана хотела от меня не возможного. Я не мог ей помочь, не мог вернуть тебя. – Он помолчал, понимая, что несколько ушел от темы, погрузившись в воспоминания. - Что бы обернуть заклятье вспять, нужен сильный колдун, достаточно сильный и светлый, что бы выдержать всю силу проклятья. В нем должна течь моя кровь… И нужен темный колдун, достаточно сильный, что бы соблюсти баланс, не дать проклятью вернуться, но и не дать темной магии исчезнуть из стен Камелота совсем.
- Почему? Разве это плохо? – слушая рассказ Балинора, Артур все больше начинал раздражаться.
- Я не уверен, что могу дать тебе точный ответ на этот вопрос. Просто света без тьмы не бывает. Не останься в Камелоте ни единого темного уголка, и он начнет притягивать к себе все зло, что останется на Альбионе, в попытке восстановить равновесие.
- И это все? Нужно всего лишь два колдуна и… что потом?
- Нужен наследник, который займет место на троне. – Старик многозначительно посмотрел на принца, на что тот даже не моргнул. Еще бы, не Мерлин же с Алкероном будут делить его законный трон!
- Но я не останусь в этом мире. Я должен вернуться домой.
- Это не важно. – Балинор покачал головой. – Смысл в том, что замок обретет хозяина пусть даже на несколько минут. Это нужно для того, что бы завершить снятие проклятья.
- Необходимо какое-то заклинание или что-то такое? Что бы снять его?
- Нет. Только королевский венец и немного крови каждого из троих спасителей.
- Венец? – Артур приподнял бровь, не имея понятия, где достать его венец.
- На твоем склепе, – при этих словах Пендрагона аж передернуло, – лежит каменный венец. Когда вы трое будете на месте, он вернет свой прежний вид. – Старик замолчал.
Артур тоже молчал. Мыслей в голове было слишком много.
Балинор решил, что пришла его очередь задавать вопросы.
- Почему вы здесь?
- Здесь? – Принц пребывал мыслями далеко от Балинора и его хижины, поэтому не сразу сообразил, о чем речь.
- Камелот находиться за много миль от этого места. Вы пришли сюда, что бы найти меня?
- Нет. Мы идем в замок Нимуэй, что бы забрать осколок.
- Какой осколок? – Старик был удивлен этим заявлением.
- Который поможет нам вернуться домой, в наш мир. Мы не по своей воли сюда попали, а из-за одного идиота, который сует свой нос, куда не надо.
- То, что вы попали сюда, не может быть случайностью.
- А это и не была случайность. Длинная история. – Принц махнул рукой. – Прежде, чем вернуться в Камелот, мы должны попасть в замок Нимуэй.
- Я не оставлю своего сына в беде и готов помочь вам, чем смогу.
В глазах Балинора впервые за все время их беседы засверкал живой огонек. От осознания того, что он увидит Мерлина, сердце забилось с бешеной скоростью. А от мысли, что тот идет прямо в руки к его главному врагу, по спине прошел холодок. Потерять его еще раз - что может быть страшнее!
- Мы справимся.
Не смотря на то, что помощь им не помешала бы, Артур поспешил отказаться. Ему и так хватало двух колдунов, темного и предателя, к которым еще нужно было вернуться. Хоть история старика не оставила принца равнодушным, он сомневался, что Балинор сможет чем-то помочь.
Искорка в глазах старика погасла, и он снова сник.
- Возможно, вы правы. Мне не стоит показываться ему на глаза, и вам лучше не говорить Мерлину, что вы меня встретили. Так будет лучше. Да, так лучше.
Артур ничего не ответил. С одной стороны ему ужасно, до боли, хотелось увидеть, как Мерлин будет сгорать со стыда за своего отца, и как будет винить себя за его поступок. Хотя сейчас принц сомневался, что маг будет способен на такое. Может, наоборот, обрадуется и решит присоединиться к отцу?
А с другой стороны хотелось огородить хотя бы его от этого кошмара. Пусть Мерлин все понимал в этой истории, еще с рассказа Морганы, но одно дело услышать это от другого человека, и совсем иное - встретится лицом к лицу с виновником всех бед. И если учесть, что это твой отец… Артур не был уверен, что будь он на месте Мерлина, то сумел бы простить своего родителя за такое.
«Мне не стоит показываться ему на глаза» - еще один голос за последний вариант. Счет два-один. Так и в самом деле будет лучше.
Взгляд старика упал на меч Артура и уставился в лицо принца.
- Пожалуй, я могу кое-что сделать для вас, принц Артур. – Колдун кивнул в сторону рукояти, торчащей из ножен. – Позвольте мне взять ваш меч.
- Зачем это? – принц вцепился в свое оружие и с подозрением уставился на Балинора.
- Идти с простым мечом против колдунов – не самая хорошая идея. У меня есть кое-что, что может увеличить его силу и серьезно помочь в битве.
Старик протянул руку к Артуру и тот с неохотой расстался со своим оружием. Балинор поспешил покинуть дом, крикнув напоследок:
- Оставайтесь тут и не выходите из избы, что бы вы не услышали!
И колдун скрылся во тьме за дверью.
Пендрагон снова остался один на один с путающимися мыслями. На душе во всю скреблись кошки, а может и не только они. После услышанной истории магия Мерлина перестала казаться принцу чем-то поразительным, вставая в ряд обыденных вещей этого мира. Может, сделать вид будто ничего не случилось и продолжать игнорировать магические способности слуги? А что если однажды он решит, как и его отец, разрушить Камелот и проклясть Альбион? В голове даже промелькнула мысль – а не стоит ли перестраховаться и… Артур мотнул головой и не стал додумывать мысль. Даже зная такую горькую правду, он не мог просто взять и убить Мерлина, как поступил бы с любым другим колдуном. Ну, кроме Алкерона, который благодаря своей изворотливости как-то ухитрился не довести принца до яростного исступления и не попасть под его горячую руку. Или просто сам Артур стал относиться к магии более терпимо. Ведь семья Гаюса была не такой уж плохой. Конечно, Пендрагон сказал, что это исключение из правил, но Эвон тоже был магом и не набросился на них, словно дикое животное. Даже Норекла, которая являлась темной колдуньей, и то приютила их, накормила, помогла Артуру добыть оружие. Пусть все это она сделала скрепя сердце, но все-таки не выдала их ищейкам, когда возможность прямо таки бросалась в руки. Может быть, все не так и плохо…
Дверь снова скрипнула, и на пороге появился Балинор. На его лице впервые за вечер появилась довольная улыбка. Неся меч, словно драгоценную реликвию, он протянул его Артуру и застыл, ожидая реакции. Пендрагон с некоторой опаской взял меч из рук старика и осмотрел. На лезвии с двух сторон красовались надписи на древнем языке, а у самой рукояти приютился дракон, извергающий пламя.
- И что в нем изменилось, кроме того, что он теперь украшен руническими надписями? – Балинор усмехнулся.
- А вот что.
Он взмахнул рукой, отправляя в Артура магический шар. Пендрагон дернулся в сторону, стараясь увернуться от заклятья, но шар распался на мелкие искры, как и пару часов назад, когда Мерлин остановил такой же пущенный демоном страха. Лезвие меча сверкнуло бледно голубым сиянием, создавая вокруг принца прозрачный щит, защищающий его от колдовства. Стоило шарику разрушиться, как сияние тут же исчезло.
- Это твой личный защитник в бою. Но будь осторожен, ничто не совершенно. Пущенный в спину удар, незамеченный тобою, меч отбить не сможет.
Артур поднялся на ноги, вешая сумку на плечо и собираясь уходить.
- Спасибо за помощь.
- Постой, куда ты пойдешь? Как далеко ты оставил своих спутников? – Не смотря на свое решение не встречаться с Мерлином, Балинор, похоже, все-таки надеялся на удачу.
- Достаточно далеко. – Пендрагон снова повернулся, но старик опять остановил его.
- Ночью нельзя передвигаться по лесу. Это опасно. Тем более смертному, даже с волшебным мечом. – Старик кивнул в сторону кровати. – Ты можешь переночевать здесь. А на рассвете отправишься в путь. Не хотелось бы потерять единственную надежду Камелота в проклятом лесу.
Идея Артуру была не по нутру. Но подумав о том, что может ждать его на поляне, и представив встречу с Мерлином, он склонился принять предложение Балинора. Нет, он был пока не готов. Лучше подождать утра. Навряд ли колдуны пойдут дальше ночью.
Пендрагон улегся на хозяйскую кровать и сомкнул веки в надежде отдохнуть, не думая о том, что будет спать в доме темного мага. Он не подозревал, что оставшиеся ночные часы ему будет сниться Мерлин, а Балинор станет украдкой подсматривать его сновидения, роняя на трясущиеся пальцы счастливые слезы.